Погода
Монголия хочет заменить угольные котельные солнечными батареями. Страна, которая по сути живёт на угольных ТЭЦ и импортных киловаттах из России и Китая, теперь пытается решить эту проблему степным солнцем и солнечными батареями. Власти обещают, что новая энергетика закроет зимние провалы и снизит зависимость от соседей.
Монголия привыкла зимой жить «в минус» — и по температуре, и по мощности. Основу генерации по‑прежнему даёт уголь, который кормит центральные ТЭЦ. В 2024 году Монголия выработала около 8,8 миллиарда кВт·ч, а ещё примерно 2,9 миллиарда кВт·ч импортировала из России и Китая.
В степи 250 солнечных дней в году, мест под станции хоть отбавляй, а международные банки развития уже несколько лет готовы нести в Монголию длинные деньги под декарбонизацию. Под это настроение выстроилась целая линейка проектов — от первых десятимегаваттников с накопителями до новых аукционов на солнечно‑аккумуляторные связки. Для власти это удобный набор: можно одновременно говорить о модернизации, климате, энергетической безопасности и инвестициях, почти не трогая угольный фундамент.
В Улан‑Баторе решили, что грядущую зиму надо встречать с чем‑то более надёжным, чем старые угольные станции и аварийный импорт. Министру энергетики Бадрахын Найдалаа поручили развернуть проекты солнечных станций с накопителями сразу в пяти аймаках — Орхонском, Уверхангайском, Хэнтийском, Дундговьском и Говьсумбэрском. Эти регионы тянутся вокруг центральной энергосистемы и вместе дают заметную часть спроса. В каждом аймаке своя экономика, но диагноз похожий: сети на пределе, угольная генерация стареет, а потребление от года к году растёт.
Формула кажется простой. Днём панели крутят счётчик, излишек уходит в батареи, вечером накопители отрабатывают пики, в это время ТЭЦ перестают задыхаться, а импорт по линиям из России и Китая можно снизить, хоть и незначительно. В жизни всё сложнее: монгольская энергосистема до недавнего времени жила по куда более примитивным правилам, уголь горит, линии держатся, если не держатся — просим у соседей. Поэтому новые проекты завязаны не только на панели, но и на накопители энергии и модернизацию сетей, без этого солнечная энергетика легко превращается в дорогую игрушку, которая светит тогда, когда системе это не особенно нужно.
Важный элемент этой схемы — не столько сами панели, сколько батареи. Под них уже зашёл Азиатский банк развития с проектом комплекса на 125 МВт и ёмкостью порядка 200 МВт·ч для центральной энергосистемы стоимостью около 115 миллионов долларов, из которых 100 миллионов даёт сам банк. Такой объект должен выдавать до 80 МВт в часы пик, позволит интегрировать в монгольскую сеть до 0,9 миллиарда кВт·ч возобновляемой генерации в год и сократить выбросы примерно на 842 тысячи тонн CO₂.
По структуре генерации в 2024 году уголь дал 7,9 миллиарда кВт·ч, то есть практически всю выработку внутри страны. Возобновляемые источники, включая солнце и ветер, дали около 0,8 миллиарда кВт·ч, меньше 9% генерации, гидроэнергетика добавила ещё чуть‑чуть и тоже не меняет картину. При таких пропорциях Монголия по сути остаётся угольной энергетикой, а проекты ВИЭ пока выглядят как осторожный эксперимент.
Власть прекрасно понимает, что второй Оюу‑Толгой из солнца и батарей быстро не собрать, но хотя бы локальные энергосистемы можно подлатать. Под новые проекты подтягиваются азиатские и международные финансовые институты, для которых Монголия удобный полигон.
Солнечные станции, конечно, не делают страну энергетически независимой, но чуть‑чуть ослабляют зависимость от сетей двух больших соседей. В стране уже работают несколько сетевых солнечных станций суммарной мощностью чуть больше 140 МВт — от 30‑мегаваттного парка под Сайншандом до проектов в Дархане и Гоби. Теперь Монголия пытается сделать следующий шаг — вшить солнечные станции с крупными накопителями прямо в нервную ткань энергосистемы и посмотреть, выдержит ли она такой эксперимент.
Источник: Сибирский экономист. фото: Монцамэ
