Погода
У Бурятии появился новый биржевой товар. Овечья шерсть впервые ушла в торги на Санкт‑Петербургской международной товарно‑сырьевой бирже, и среди первых участников засветилась республика, которую обычно вспоминают из‑за рудников и месторождений, а не из‑за стригалей и прядильных цехов.
Первая сделка прошла 16 апреля. На ней сработал не бурятский лот, а бурятский покупатель. «Байкальский текстильный комбинат» взял на бирже 20 тонн овечьей кроссбредной шерсти у предпринимателя Юрия Ситникова из Хакасии. На фоне российского рынка, который оценивают примерно в 15 тысяч тонн в год, это капля. Пилотный запуск торгов в СПбМТСБ вообще рассчитан на порядок 10% от этого объёма, но для Бурятии важно другое. В организованных торгах по аграрному товару у неё впервые появился свой переработчик.
За этим стоят не только планы завода, но и реальный запас шерсти в регионе. По данным территориального органа Росстата, на конец октября 2024 года в Бурятии было 47,1 тысячи овец и коз, к августу 2025 года поголовье сократилось до 40,3 тысячи. Часть шерсти уходит через кооперативы и районные заготовительные конторы, часть забирают прямо с дворов. Единой цены нет, условия и качество пляшут от партии к партии, многие хозяйства не понимают, что дальше происходит с их сырьём и сколько на нём зарабатывают дальше по цепочке.
Биржа должна этот хаос хоть как‑то структурировать. В секции сельхозпродукции и биоресурсов шерсть продают по понятным правилам, через заявки и лоты, с расчётами через клиринговый центр. Появляется открытая цена и внятные требования к типу, сортности, влажности и засорённости. Чтобы выйти на такую площадку, уже мало просто настричь руно и сложить его в мешки. Шерсть надо отсортировать, оформить, собрать в полноценную партию и довезти до точки, где её без вопросов примут. Это подтягивает всю цепочку от стригального пункта до склада и оставляет меньше места для разовых сделок «по знакомству».
Крупным переработчикам такой порядок играет на руку. «Байкальский текстильный комбинат» запустил производство шерстяной пряжи в Бурятии в 2021 году и сначала делал ставку на импортное и завозное сырьё. Теперь у предприятия есть биржа, где можно миксовать поставки из Хакасии, самой Бурятии и других регионов и опираться на котировки, а не только на личные договорённости.
Министр сельского хозяйства и продовольствия Бурятии Амгалан Дармаев считает, что биржевая торговля шерстью со временем может стать основой для текстильного кластера в республике и дать более честную цену для производителей. Первые сделки хорошо ложатся на федеральную дорожную карту по глубокой переработке овечьей шерсти на 2025–2026 годы и на общую идею сделать правила игры на этом рынке прозрачнее.
Для фермеров и кооперативов картинка пока не такая радужная. Биржа должна помочь продавать шерсть честнее и выгоднее, именно так про неё говорили в Минсельхозе и Минпромторге, когда в 2025 году утверждали дорожную карту по рынку шерсти. В реальности пилот сейчас осваивают те, кто и без того умеет собирать партии в десятки тонн и держит под контролем бухгалтерию, логистику и документы. Для небольшого хозяйства с несколькими тоннами сырья участие в торгах по‑прежнему выглядит рискованной авантюрой. Гораздо проще продолжать жить по старой схеме со знакомыми заготовителями, которые заберут всё сразу, пусть и по более низкой цене.
Дальше многое зависит от того, кто станет посредником между двором и биржей. В Бурятии уже есть кооперативы и цеха первичной переработки, которые теоретически могут взять на себя сбор, сортировку и оформление партий под биржевые требования. Среди них кооператив «Темник», который уже фигурирует в планах как один из возможных участников организованных торгов.
Если такие структуры станут опорными точками, фермеру не придётся в одиночку вникать в регламенты и считать логистику. Можно будет сдать шерсть в кооператив и получить расчёт, а дальше уже объединённая партия пойдёт на биржу. В противном случае биржевой сегмент рискует превратиться в закрытый клуб для нескольких крупных игроков и пары флагманских заводов.
У биржи есть и обратная функция. Она нужна не только для продажи собственного сырья. Первая сделка как раз показала, как Бурятия через площадку покупает шерсть в другом регионе и делает это в открытом режиме. Так выстраивается общий шерстяной контур от сёл до фабрик, от Бурятии и Хакасии до Калмыкии, где отдельные торги по шерсти хотят запустить летом 2026 года.
В целом история хорошо ложится на разворот биржи в сторону агросектора. Шерсть остаётся нишевой позицией, но даёт регионам шанс потренироваться на небольших объёмах и без экстремальных ценовых качелей. Для Бурятии это способ подключить к современным инструментам не только добычу полезных ископаемых, но и тихие сельские отрасли.
Ресурсный потенциал у республики и без того приличный, и до сих пор его обсуждали в основном через недра. В правительственных обзорах напоминают, что в Бурятии разведано более семисот месторождений полезных ископаемых, от золота и урана до апатитов.Часть из них официально относится к крупным и уникальным. Теперь к этой привычной минеральной повестке добавляется ещё один слой.
В нём у Бурятии уже есть ключевые элементы — десятки тысяч голов мелкого рогатого скота, кооперативы, текстильный комбинат и федеральная программа по глубокой переработке овечьей шерсти до 2026 года. Биржа здесь нужна, чтобы собрать их в работающую связку и дать понятный ценовой ориентир.
У Бурятии уже есть первый участник биржевых торгов шерстью. Следующий шаг очевиден. Вслед за бурятскими предприятиями на эту площадку должны постепенно выйти и партии сырья, собранные в самой республике. Тогда разговор о биржевой шерсти станет такой же привычной темой, как уголь, молоко, зерно и те самые месторождения, которыми Бурятия привыкла мериться в первую очередь.
Источник: Сибирский экономист. Фото: Минсельхозпрод Бурятии
