Станислав Петров: Мы должны строить каток мирового уровня

Еще недавно иркутские конькобежцы могли только мечтать о крытом ледовом катке, где бы они могли тренироваться и выступать в современных условиях.

И вот у них появилась надежда. В конце минувшего года губернатор Дмитрий Мезенцев заявил о необходимости возведения в областном центре арены для конькобежного спорта. На днях министр по физической культуре, спорту и молодежной политике Игорь Иванов официально подтвердил, что в Академгородке рядом с Ледовым дворцом намечено строительство манежа для конькобежцев.

Это решение, безусловно, приветствовали ветераны спорта, но в то же время они хотят, чтобы этот объект возводился не без их участия и советов. А предложить прославленные мастера могут многое, ведь за свою карьеру иркутские конькобежцы видели немало арен, и их желание, чтобы в Иркутске был один из лучших стадионов в стране, вполне объяснимо. Свою позицию сегодня выразил на страницах «Областной» почетный мастер спорта Станислав Петров.

– Станислав Георгиевич, а в каких условиях сейчас тренируются наши конькобежцы?

– Когда я был молод, Иркутск являл из себя Мекку, куда уже в начале ноября приезжали мастера скоростного бега в коньках. На первом льду на водоемах катались знаменитые чемпионы, а мы, молодые, с ними набирались мастерства. А сейчас и зимы запоздалые, и вдобавок ко всему на замерзших водоемах категорически запрещается заниматься. Практически вся предсезонная подготовка идет насмарку, она требует не менее двух месяцев, а мы катаемся 12–20 дней. Нас убивает оттепель, в этом году вышли на лед только 5 декабря. Затем наступает другая напасть – морозы за 25 градусов, и суровое предписание медиков – тренироваться нельзя. А подготовка у других команд – Голландии, Норвегии, Швеции началась еще в июле. Можно в таких условиях выступать на равных? За сезон необходимо примерно восемь месяцев ледовой подготовки, а у нас получается – декабрь, январь, февраль. В марте мы уже не можем выходить на лед: солнце мощное, протаивают дыры, и кататься невозможно. Мы постоянно отстаем.

– Вы имеете в виду только наш регион или всю Россию?

– Иркутскую область. Все катки у нас на западе страны, это Челябинск, Коломна и Крылатское в Москве. Мы выезжаем только в Челябинск, примерно на 20 дней. Два сбора провести уже практически невозможно. Нам спортивные чиновники говорят, дайте вызов, и мы вас еще раз отправим в Челябинск. А как его получить, ведь для этого надо попасть в сборную России, но с каждым годом сделать это все сложнее без должной подготовки.

– Но такая ситуация была далеко не всегда, если вы называете Иркутск Меккой конькобежного спорта?

– До 1972 года центром подготовки всех сборных команд страны был Иркутск. В 1956 году у нас даже проходило первенство страны. А потом понастроили искусственных катков, и приезжать сюда стали все меньше и меньше. Но всегда в сборной были иркутские представители, и, если считать Евгения Лаленкова, мы до сих пор поддерживаем эту традицию.

– Но вот, похоже, и Иркутск дождется крытой арены.

– Мы очень рады и хотим, чтобы спросили и нас, какой манеж нужен. Мы знаем, как сделать и как поднять его престиж до мирового уровня. Объясню. Высота Байкала где-то 450 метров над уровнем моря, мы, в Иркутске, находимся ниже. Но есть рядом высоты до 850 метров. Высокогорье дает спортсменам лучшие кондиции для тренировок – об этом нельзя забывать. К примеру, «Медео» в Казахстане построили на 1500 метрах, и это дало советским спортсменам-конькобежцам революционный взлет скорости.

– И у вас уже есть на примете место для строительства?

– Есть, за микрорайоном Юбилейный в Иркутске, где соединяются три горы. Рядом высоковольтная линия, водовод, высота почти 800 метров, легко провести троллейбусную ветку от депо. Все условия практически созданы. А какая там смотровая площадка, перед вами открывается весь город, и все видно до Байкала, заливы, водохранилище, ГЭС. Не воспользоваться такой красотой будет ошибкой.

При строительстве надо продумывать систему вентиляции, чтобы спортсменам дышалось легко. В Челябинске взяли и занизили потолок, и воздуха очень мало. За границей-то хитрые: когда бежит их спортсмен, они пускают вентиляцию по его ходу, а когда выходит на дорожку наш конькобежец, воздух направлен навстречу, отсюда теряются эти десятые доли секунд, так необходимые для победы. Если мы построим каток, нас не будут волновать морозы, мы всегда будем иметь в сборной страны своих представителей. До войны у нас уже был чемпион страны Анатолий Рябинин. После войны тоже появились свои звезды – Альбина Тузова, Стас Селянин – участник Олимпийских игр в Гренобле. Более молодые Оксана Равилова, Евгений Лаленков и Артем Детышев тоже были олимпийцами, а членов сборной у нас всегда было хоть отбавляй. Но в Сочи в 2014 году мы никого из иркутян не увидим. Мы хотим, чтобы чиновники к нам прислушались и строили манеж все же после беседы с конькобежцами.

– Вы хотели бы манеж не только для тренировок, как я понимаю, и для турнирных состязаний тоже? А с представителями хоккея с мячом не против разделить каток?

– Вы понимаете, конькобежная дорожка и хоккейное поле совершенно одинаковы. Нам нужен только овал, а квадрат надо отдать под хоккей. Я объехал весь мир. Вот, к примеру, арена в Токио. За конькобежной дорожкой еще заливается коридор, там постоянно идет массовое катание. Через этот коридор и дорожку идет мостик к полю, разделенному на несколько секторов, и в каждом квадратике тренируются фигуристы. Начиная с шести утра, и до 12 ночи все занято, вы понимаете, насколько эффективно используются площади арены. А как без трибун? Мы же любим свой хоккей с мячом, пусть зрители сидят в тепле.

– Мы еще с вами не затронули тему корейского Пхенчхана, где будет зимняя Олимпиада 2018 года.

– Я понимаю, о чем вы. Это еще одна из причин, почему нам нужно строить полноценный манеж. Здесь будут готовиться олимпийские сборные, проходить акклиматизацию к нашим часовым поясам. И когда мы поедем в Корею, подготовка в Иркутске окупится сторицей.

– Станислав Георгиевич, представим, что арену построили. А как у нас с тренерскими кадрами, хватит ли специалистов?

– Это другая проблема. Нам техникум физкультуры нанес страшный удар. Вы представьте себе, как можно было закрыть в Сибири отделения по таким двум видам спорта, как лыжные гонки и конькобежный спорт. И вот уже 15 лет у нас нет притока тренеров и спортсменов. Я на третьем курсе техникума стал членом сборной СССР, первым в Иркутске из всех видов спорта. А теперь студенты стоят на крыльце и курят. Но это тема для отдельного разговора, я хотел бы еще раз вернуться к будущему манежу.

"Байкал24" опубликовано



РСХБ
Авторские экскурсии
ТГ