Наталья Стефани: "Князь Игорь" вновь в репертуаре Бурятского оперного

В Бурятии открылся новый театральный сезон. 17 сентября в БГАТОиБ имени Г.Ц. Цыдынжапова вновь можно было увидеть опкру Александра Бородина «Князь Игорь». Премьера возобновленного спектакля состоялась в июне в рамках фестиваля имени Лхасарана Линховоина.

Как и в 1959 году, когда театр готовился ко второй декаде бурят-монгольского искусства в Москве, так и при подготовке к фестивалю вопрос о выборе оперы перед труппой театра не стоял. И тогда и сейчас всем было понятно – показывать нужно именно «Князя Игоря».

Ведь опера Александра Бородина «Князь Игорь» – уникальное явление не только в русском оперном искусстве, но и в истории Бурятского театра.

Немного истории

Впервые опера была поставлена на улан-удэнской сцене в 1950 году режиссёром Кончевским. В 1958 году в Бурятском оперном решили сделать новую постановку, для этого из Кировского (ныне Мариинского) театра был специально приглашен режиссёр Алексей Киреев, который, как свидетельствуют специалисты, «в своём прочтении партитуры Александра Бородина сохранил лучшее из того, что нашел Кончевский».

Премьера оперы состоялась в Улан-Удэ в феврале 1959 года. Новый спектакль, как писали газеты тех лет, привлёк внимание своей масштабностью, размахом массовых картин, блеском танцевальных эпизодов, проникновенностью лирических сцен, отличным звучанием хора. Высоко оценивалась работа хормейстеров Михаила и Ядвиги Эпштейнов и ленинградского балетмейстера Роберта Гербека, со вкусом присущем большому мастеру, воссоздавшего на сцене Бурятского театра знаменитую фокинскую хореографию «Половецких плясок». Не остались без внимания зрителей и критиков яркие и исторически достоверные сценография Александра Тимина и костюмы Марии Шестаковой, не только «точно воспроизводившие образы Руси XII века и стана степных кочевников», но и придававшие дополнительную красоту общему звучанию спектакля.

И, конечно же, всеобщее восхищение вызвал удивительный, самобытный талант Лхасарана Линховоина, который неожиданно для всех именно тогда впервые представил своё оригинальное решение образа половецкого хана Кончака. В газете «Правда Бурятии» от 1 марта 1959 года сохранилось свидетельство М. Нороваткина: «Линховоин рисует своего Кончака крупными, скульптурными жестами, но необычайно динамично, с большой энергией. Поражаешься пластичности артиста, мягкости и силе его движений».

Эта роль впоследствии стала одним из важнейших достижений певца, обладавшего невероятной красоты и мощи голосом и удостоенного звания народного артиста СССР в 35 лет именно за исполнение этой партии. Но лишь немногие специалисты знают, что Лхасаран Линховоин начал осваивать музыкальную и сценическую канву оперы Бородина ещё студентом и именно в партии Кончака он дебютировал вскоре после окончания консерватории на сцене Бурятского театра, поначалу повторяя традиционную трактовку.

Долгие годы опера «Князь Игорь» была брендом Бурятского театра, именно этим спектаклем открывались сезоны и гастроли. По свидетельству Даримы Линховоин, интерес зрителя к спектаклю не ослабевал, «трудно было объяснить, что их больше трогает, сама история, положенная в основу оперы или выразительность постановки, но равнодушных не было». И это неудивительно, вместе с Лхасараном Линховоином в опере пели: князя Игоря – рано ушедший из жизни Владимир Манкетов, а впоследствии народный артист РСФСР Саян Раднаев, князя Владимира Галицкого выдающийся бурятский певец, народный артист РСФСР Бадма Балдаков, а после него народный артист СССР неповторимый Ким Базарсадаев.

В далёком 1959 году князь Игорь Владимира Манкетова «молод и строен, смел и неотступен в решениях». «Эта партия – одна из лучших работ молодого певца, он рисует своего героя сильным и энергичным защитником родины, – пишет в книге «Оперный театр Бурятии» Павел Гуревич, – в исполнении Манкетова Игорь настоящий воин».

Князь Игорь Саяна Раднаева, талантливого певца и актёра, одного из самых одарённых учеников Лхасарана Линховоина, вместе с ним представлявшего оперу московскому зрителю в 1979 году, запомнился необычайной яркостью, невероятной достоверностью и особенным психологизмом. По мнению музыковеда Олега Куницына «Суровый пафос, мудрая энергия и проникновенная лиричность, вложенные композитором в музыку партии Игоря, выражались певцом с большой силой убедительности».

Не страшно и имеет смысл

После таких мастеров певческого искусства сложно представить, и, главное, принять другие голоса. И поэтому не удивительно, что на пресс-конференции с участниками фестиваля вопрос: «Не страшно ли, и имеет ли смысл возобновлять в репертуаре оперу, о которой когда-то говорили, как об особенном явлении в истории Бурятского театра, выделяя в качестве характерных черт «могучую динамику внутреннего действия и строгую логичность формы» не только витал в воздухе, но и прозвучал.

«Не страшно и имеет смысл, – ответила Дарима Линховоин, – сегодня в театре вновь есть певцы, которые могут исполнять партии в легендарной опере».

Премьерный показ, а затем успех оперы «Князь Игорь» на гастролях в Иркутске подтверждают эту убеждённость художественного руководителя оперы БГАТОиБ имени Г.Ц. Цыдынжапова.

19 июня на премьере спектакля в Улан-Удэ бурятские певцы показали высокий профессионализм, безусловную природную одарённость и большой творческий потенциал.

Стоит напомнить, что на фестиваль оперы были приглашены певцы из других театров. Солист Большого театра Михаил Казаков, исполнивший партию Кончака, солист Новосибирского театра оперы и балета Константин Буинов, исполнивший партию князя Игоря и солист Саратовского театра Михаил Пирогов, исполнивший партию Владимира Игоревича. С восторгом принимая исполнение гостей, улан-удэнские опероманы и специалисты-музыковеды с большим вниманием в первую очередь отнеслись к бурятским певцам…

Бурятские певцы и певицы

Ещё на сдаче спектакля особенное восхищение вызвало исполнение партии Кончаковны Ольгой Жигмитовой. Её удивительный голос – меццо-сопрано с необычайно красивым тембром, с прекрасными верхами, насыщенной серединой и убедительными низкими нотами, просто гениально совпадающий с образом её героини и самой певицы – настоящей восточной красавицы – завораживал и дарил ощущение бесконечного восторга. На премьере спектакля это ощущение усилилось: свидание Кончаковны с Владимиром Игоревичем (Михаил Пирогов) – один из самых прекрасных и поэтичных моментов спектакля.

Обращает на себя внимание исполнение небольшой партии половчанина Овлура Данзаном Бальжинимаевым. Певец покоряет зрителя, прежде всего, точным пластическим решением образа и удивительной лёгкостью перевоплощения. В сцене с Игорем это преданный и чуткий друг, который не просто хочет помочь князю бежать из плена, а готов ради него на самый отчаянный и смелый поступок. В интонациях голоса Данзана Бальжинимаева отчётливо слышатся и сострадание Игорю, и искренняя тревога за судьбу Руси, и безрассудность самопожертвования. И тут же в сцене с Кончаком мы наблюдаем, как Овлур превращается в подобострастного слугу, готового предупредить любое желание хана. Для полноты образа актёр использует не только голос, но и пластику тела, миг и перед зрителем не человек, а земляной червь, ничтожный и безвольный.

Безусловное уважение вызывает профессионализм Марины Коробенковой. Введённая в спектакль буквально за день до премьеры певица исполнила партию Ярославны в неожиданной манере. Тихое, неполное звучание голоса певицы, возможное лишь при безукоризненном владении особым приёмом вокального исполнения, требующего специального мастерства, добавило образу героини трогательной проникновенности. Удалось певице донести до зрителя и основной замысел режиссёра в сцене плача Ярославны.

А ведь это сцена режиссёром Еленой Артюхиной была решена абсолютно по-новому. В сцене плача Ярославна выведена на авансцену. Если в старом спектакле Ярославна исполняет свою партию, используя всё пространство сцены, то здесь она выведена за суперзанавес, и это создаёт атмосферу напряженности ожидания. Таким образом, режиссёр подчеркивает всю трагичность этой сцены. Одновременное использование видео-проекции на занавесе усиливает атмосферу тягучего тревожного ожидания.

Комментируя своё сценографическое новшество, режиссёр, не только объясняет, для чего она это делает:

- Мне хотелось усилить эмоциональность этой сцены, попытаться добиться крупного плана в эмоционально-эпической структуре оперы.

Но и рассказывает, какая труднейшая задача стояла перед актрисой:

- Необходимо было создать впечатление эмоционально-открытого разговора со зрителем, со сменой состояния от полного отчаяния и практически морального опустошения до восторга и экстаза любящей женщины вновь обретшей своё счастье.

И вот здесь на авансцену выходит другая певица – народная артистка СССР Галина Шойдагбаева. Потому что решение этой сцены у режиссёра возникло не случайно, оно родилось в результате совместных поисков Елены Артюхиной и Галины Шойдагбаевой –сновной исполнительницы партии Ярославны.

И во время сдачи спектакля, и на гастролях в Иркутске Галина Шойдагбаева была великолепна. Её неподражаемый, редкой красоты, с удивительными переливами интонаций, голос и драматическая игра с характерным присутствием индивидуального прочтения образа захватывали зрителя с первой сцены, с первой ноты и не отпускали уже больше ни на секунду. А восторженное благоговение зрителей достигало своей кульминации именно во время сцены плача.

Интересный образ главного героя оперы – князя Игоря рисуют режиссёр и исполнитель главной партии Намхайн Мунхзул.

Для Елены Артюхиной Игорь – страдалец. Человек, который пройдя жуткие испытания (поражение, плен и бесславие), искупив в страдании свой грех, нашёл в себе силы к покаянию, признанию своих ошибок и на краю пропасти обрёл наконец свет.

Благородное звучание голоса Намхайна Мунхзула, его глубокая внутренняя интонация и убедительные внешние чувства удивительно совпадают с данной трактовкой образа Игоря. И добавляют этой постановке оперы индивидуальности.

Очень непростая задача была у исполнителя партии Кончака – Бадмы Гомбожапова. Создать образ под стать тому, что создал когда-то Лхасаран Линховоин просто невозможно. Кто хоть раз слышал уникальный голос прославленного певца, а тем более видел его на сцене, понимает это очень хорошо. У Лхасарана Линховоина был низкий глубокий бас (бас-профундо), в то время как сейчас басы у певцов в основном центральные и высокие. Вот и у Бадмы Гомбожапова центральный бас. И всё-таки его Кончак интересен и многолик. Этому способствует богатый тембр голоса певца, его яркое звучание и несомненное драматическое дарование.

Интересен образ Владимира Галицкого созданный Эдуардом Жагбаевым. Чувствуется стремление певца показать своего героя более ярким и даже гротескным, что ему хорошо удаётся благодаря использованным приёмам лицедейства и прекрасному голосу с глубокими нижними басовыми нотами.

В опере «Князь Игорь» «действие развивается не в результате столкновения интересов отдельных лиц, а как ряд сменяющих друг друга монументальных картин, построенных на основе подлинно симфонического развития музыкального материала, воплощенного в массовых хорах и широких оркестровых картинах», поэтому так велико значение хоровых и массовых сцен. И говоря о последней премьере, нельзя не отметить женский хор театра. Особенно полноценно он звучит в «Половецких плясках», благодаря удачной мизансцене, придуманной ещё Алексеем Киреевым и сохранённой молодым режиссёром, когда женский хор располагается по краям портала, что помогает зрителю получить максимальное впечатление, которое особенно усиливается в момент исполнения женским хором песни невольниц «Улетай на крыльях ветра».

«Половецкие пляски» и сценография Тимина

Наряду с использованием новых сценографических приёмов, которые применяет режиссёр Елена Артюхина, в возобновленной постановке многое сохранено. И в первую очередь это прекрасная сценография Александра Тимина, воссозданная художниками театра по эскизам своего гениального предшественника. Коллектив театра осознанно сделал выбор в пользу народного художника РСФСР Александра Ивановича Тимина, отклонив современные, возможно, более передовые варианты сценографии. И это не только дань памяти художнику, оформившему более 100 спектаклей театра, авторускульптурной группы «Всадники», установленной над центральным порталом, но и своеобразное сохранение души прежнего спектакля - энергетической времён связующей нити.

Особенно хочется отметить великолепную роль балета театра в спектакле. «Половецкие пляски» – балетный фрагмент второго действия оперы давно уже превратились в самостоятельный шедевр танцевального искусства. И необходим особенный такт хореографа, чтобы этот фрагмент не выпадал из контекста самой оперы и не перебивал общего хода спектакля. Художественному руководителю балета театра Морихиро Ивата это удаётся предельно точно. Изумительные по своей яркости и красочности стихийно-могучие половецкие сцены, в которых композитор рисует дикие образы лихих степных кочевников, исполняемые балетной труппой Бурятского театра в лучших традициях хореографии Михаила Фокина, не перебивают вокальное звучание оперы и при этом наглядно демонстрируют зрителю, насколько вырос профессионализм бурятских танцовщиков за последние 2 года.

Всё это позволяет сделать вывод, у возобновлённой оперы началась новая долгая и яркая жизнь, и сердце бурятского зрителя ещё не раз замрёт от настоящего восторга.

Автор: Наталья Стефани

Источник gazetarb.ru


Новости партнеров

КОРОНАВИРУС
RT SMI

пн вт ср чт пт сб вс