Люди перестали инвестировать себя в политику

Иркутяне привыкли видеть этого человека, как политолога, политтехнолога, преподавателя, бизнесмена, но никак не публичного политика. И когда Сергей Беспалов объявил о своем намерении баллотироваться в Законодательное Собрание Иркутской области, многие это восприняли как очередной «отвлекающий маневр». Но, судя по всему, его намерения гораздо серьезнее. О своем видении ситуации в стране и о том, почему он решил пойти в политику, Сергей Беспалов рассказал в интервью «Байкал24».

– Сергей, что, по-Вашему, сейчас происходит в стране. Что для Вас современная Россия? Где мы сейчас находимся?

– Во-первых, у нас идет процесс распада политической системы. Что это значит? Любая политическая система живет и развивается до того момента, пока люди в нее инвестируют свою жизнь. Так вот, нормальные люди, то есть те, кого принято назвать «цвет» или лучшие люди общества, себя в политику не инвестируют. Они не общаются с обществом публично и не стремятся попасть в формальные политические институты.

Я сторонник теории того, что будущее России на ближайшие пять-десять лет - это угнетение или слом политической системы. Этого очень боятся люди моего поколения, которые застали развал СССР. Но на самом деле это не страшно, и не означает, что случится что-то жуткое. Это означает только то, что сейчас наше государство, в частности политики, работает плохо. И это не изменится, пока люди не захотят себя инвестировать в политическую систему.

– Любая политическая или социальная система развивается по синусоиде – есть пики и падения. Не является ли нынешняя ситуация нормальным и логичным спадом, после которого будет подъем? Или, по-вашему, он не начнется, пока люди не начнут действовать?

– Наверное, философские законы здесь применимы. Но если спросить любого человека на улице: «Вам интересно, что у нас тут сейчас спираль истории и спад после подъема?», вас сразу сдадут в сумасшедший дом. Нормальные люди инвестируют свою жизнь в детей, бизнес, духовные практики, они не сидят и не думают, в какой точке исторической спирали они находятся. Особенно в политике.

Еще один важный факт, который характеризует современную Россию: люди закончились. В Советском Союзе существовала тоталитарная система, но тогда жили люди, которые могли собирать ядерные ракеты и космические корабли, и при этом были счастливы получать 100 долларов зарплаты. Так вот, у меня плохие новости: сейчас эти люди закончились.

В последние 20 лет в стране активно развивался доступ к капиталу. И в любом бизнесе, социальном или политическом процессе на коне был тот, у которого был больший доступ к финансовым ресурсам, приватизационным сделкам, к блату на таможне, в госорганах и так далее. Сейчас ситуация изменилась, больше в нашей стране нет развития «от денег». При этом надо понимать, что закончились не деньги – они как раз есть, но закончились люди, которые эти деньги могут обслуживать.

– И какой вывод можно сделать из этих двух фактов?

– Все это приводит к тому, что страну в ближайшие годы, скорее всего, ждет большая социальная трансформация. Больше не будет тех отношений в обществе, к которым мы привыкли, не будут работать те бизнесы, которые сейчас обыденны для нас, и ценности, которые внушались людям, тоже не будут ценны. И нам нужно будет как-то в этом во всем жить. Поэтому лично я стал проявлять большой интерес к политике. Я понимаю, что когда будет меняться система, будет очень много тех, кто захочет крови, какой-то резни, «все поделить» и так далее. В противовес им должны найтись люди, которые смогут это остановить, не допустить кровопролития и откровенного физического насилия.

– Как же эти люди появятся, если они «закончились»?

– Я думаю, что рано или поздно у людей появится осознание, что они могут все, и им кроме этой страны не нужно ничего. Я не раз был за границей, и я понимаю, что не уеду из России. И дело не в том, что я патриот-почвенник или просто боюсь переезжать. А потому, что я понимаю, как это банально не звучит, вот родные березки. И я уже понимаю, что вместо того, чтобы ждать у моря погоды – проще пойти и сделать. Как только эта мысль сформируется в общественном сознании, закрутится спираль событий. Люди будут говорить: «мы не дураки, мы понимаем, что надо менять систему, и мы будем ее менять».

Это тренд, который можно назвать «национально-освободительным». Все антикоммунистические революции, которые происходили в Восточной Европе, были националистическими. Мы подходим к тому же, только не с позиции русского национализма, а с позиции национализма российского.

– Мы сейчас говорим о какой-то точке в будущем. Но не очень понятно, что должно произойти, чтобы мы к этой точке пришли. Какие процессы нужны, чтобы эти изменения произошли в головах людей?

– Традиционно социальные потрясения происходят не тогда, когда плохо, а тогда, когда «отпустило». Россия феерично богатела последние двадцать лет и наконец стала сытой. Сейчас люди не думают, где достать кусок хлеба на завтра, и вот теперь у них просыпаются чувства, в первую очередь несправедливости происходящего. Люди вдруг поняли, что живут не в том обществе, в котором хотят жить. И тогда начинают накапливаться социальные процессы, которые приводят к самым разным результатам.

Приведу пример. Мне довелось побывать в Братском районе и пообщаться с местными жителями. Мужчины, которые традиционно работали в лесной промышленности, сейчас рискуют остаться без работы – после вступления России в ВТО лесодобыча заметно пошла на спад. И в том же Братском районе люди ждут, что власть или крупный бизнес придет и создаст им новые рабочие места. Они говорят: «Мы не хотим уезжать, потому что любим родные места, но и спиваться, сидя здесь без работы, тоже не хотим». А других вариантов у них нет. И мне понятно, что эти люди будут искать выход. Не факт, что они его быстро найдут, и тем более не факт, что он будет рациональным или разумным. Но выход они точно найдут, и это произойдет безотносительно политических процессов типа " а что скажет губернатор", будет или нет «Общероссийский народный фронт», признает оппозиция ошибки невыдвижения Навального или нет и т.п. Извечный русский вопрос «кто виноват и что делать?» задается, и люди начинают искать выход из того положения, в котором находятся.

– Как, по-вашему, властям удается так долго оставаться в стороне и не замечать этого недовольства?

– Нынешнюю политику охарактеризовать очень просто. Скажем, многие задаются вопросом, зачем нам Олимпиада в Сочи, для чего нам Чемпионат мира по футболу. На самом деле это продолжение отношения к капиталу. Властям неохота заниматься людьми, им проще вложить деньги в олимпиаду. Раньше федеральный бюджет составлял 7 трлн рублей, сейчас уже — 13 трлн. Бюджет вырос почти в два раза, а население даже не почувствовало этого, все деньги были потрачены в крупные проекты – в людей ничего не вложили. Если бы эти деньги потратили на народ, я думаю, у нас получилось бы такое левое западноевропейское сообщество, когда средний класс живет на пособия разных форм. Но власть этого боится, потому что люди в России крайне чувствительны к переменам своего материального благосостояния. И если ты дал чуть больше, а потом не смог удержать эту планку – население быстро свергнет такую власть. Поэтому проще не давать вообще.

– И что дальше? Что спасет страну? Общество, по большому счету, разделилось на две половины – те, кто ждет изменений и реформ, и тех, кто верит в революцию.

– Революции в России не будет – у нас старая страна. Революции обычно происходят в молодых странах, где бурный рост молодого населения. Пенсионеры на это не способны, и слава богу. Это всем нам дает шанс постепенно, без потрясений, стать нормальной, человеческой страной с приемлемым, нормальным и всеми перевариваемым социальным уровнем.

Для того, чтобы ситуация изменилась, общество должно пойти по самоопределяющему пути. За последние 20 лет, пока люди наслаждались своим богатением, оно распалось – каждый сам по себе. В других странах люди понимают, что кроме них самих они никому не нужны. Для примера, у Егора Гайдра был свой научный институт. Он назывался: «Институт экономики переходного периода». То есть Гайдар понимал, что мы переходим от чего-то к чему-то. Правда, пока не знаем, куда - общество еще не решило.

– Количество новых политических партий, которые появились за последнее время – это тоже пример того, что общество еще не решило, что конкретно ему нужно. Только в Иркутской области зарегистрировано около 40 региональных отделений различных партий, в том числе и вашей. Не будет ли лучше и для самих партий, и для людей, которые будут за них голосовать, вместо того, чтобы разойтись в 40 разных сторон, объединиться?

– До недавнего времени партий в России не было вообще, кроме тех, что были созданы еще в незапамятные времена. В 2012 году 200 тысяч человек вышли на Болотную площадь и на проспект Сахарова, и партии резко разрешили. Это произошло потому, что Путин понимает, что если сейчас вышли 200 тысяч, то в следующий раз могут выйти и полмиллиона, а потом однажды в аэропорту наземные службы устроят забастовку и не выпустят самолет, на котором он полетит куда-нибудь. Поэтому власть нашла «паровыпускалку» - новый закон о партиях. Но и здесь не обошлось без обмана – партий стало столько, что разобраться в них практически невозможно. Это сознательная акция, и она направлена на запутывание людей. Но я уверен, что эта ситуация очень быстро разрешится, нужно просто отнестись к ней как процессу.

Политика – это очень простой вид спорта, индивидуальный и очень жесткий. В нем всегда на повестке дня стоит вопрос власти. И будут те, кто к этой власти будет рваться и соответствовать этому, и те, кто просто будет говорить ни о чем и «играть в политику».

– Почему из всего партийного многообразия вы выбрали для себя именно «Демократический выбор»?

– Сначала это была даже не партия, а просто группа людей, которая понимала, что существующая кучка «условных демократов» на самом деле ничего нового не может предложить стране. Так пришло понимание, что с Россией нужно что-то делать. Так сформировалась партия - однозначно партия большинства, партия людей.

Мы понимаем, что люди должны стоить дорого, что россияне должны быть богатыми. Когда говорят «давайте поможем бедным», я не имею ничего против. Но помочь им можно только одним способом – дать работу или образование. Другой помощи не будет.

Кроме того, мы партия невмешательства в экономику. Формула проста - если прекратить финансовые вливания в экономику страны, деньги никуда не денутся. А значит, их придется вкладывать в людей. Здесь встает вопрос выбора – в кого именно, в стариков, детей, в бедных или богатых. Это здоровый выбор, который предстоит сделать всем вместе.

– В названии партии есть слово «демократический». Его сейчас используют все, кому не лень, притом вкладывая самый разный смысл. Что такое демократия для вас?

– Демократия это в первую очередь сменяемость власти. У нас в стране исторически сложились такие традиции – сидеть на посту по 20 лет, а потом хоть потоп. И потом действительно всегда случается потоп. Лично я спокойно отношусь к тому, что меня нет во власти, что я могу туда попасть и что я должен буду оттуда уйти. А то, что происходит сейчас не нормально: обществом управляют люди, скажем честно, слишком старые для этого, а страдают все. Старикам ведь присущ страх что-то делать, что-то менять.

Кроме того, то поколение, которое сейчас у власти, обозначим его как «условно путинское» - оно выросло в нищете. У них не было вещей, и сейчас они наслаждаются своей властью и богатством. Социологи доказали – именно этой нищетой и была «запрограммирована» коррупция. А более молодое поколение, те, кому сейчас около сорока, уже мыслит другими категориями. Деньги стали доступнее, поэтому они уже не стоят на первом месте. И именно это поколение способно мыслить дальше собственного кошелька, а значит, и способно изменить не только свою жизнь, но и жизнь всего общества, к лучшему.

"Байкал24"

РТК

пн вт ср чт пт сб вс