«Цитадель»: Победа над здравым смыслом или водевиль великого Михалкова?

В прокат вышел фильм Никиты Михалкова «Утомленные солнцем-2. Цитадель». Второму фильму дилогии Никиты Михалкова уготовлена незавидная прокатная судьба. Тот шквал критики и обструкции, которые Никита Сергеевич получает уже второй свой фильм подряд, отобъет желание смотреть фильм у большинства зрителей.

Между тем, стоит только переменить взгляд на саму концепцию фильма и «Цитадель» предстанет перед нами совсем в ином виде. Третий фильм про «утомленных солнцем» оправдал все самые лучшие ожидания. Те, кто надеялся вновь плюнуть барину на сапог и крикнуть «Доколе?», – могут плюнуть и крикнуть. Те, кто собирался напомнить народу, что Никита Михалков – гений, могут напомнить.

И те, кто смотрел предыдущие серии великого эпоса, поймут первыми: ошиблись критиканы, заявив, что на «Предстоянии» Никита Сергеевич потерял всякий стыд. Нет, последний стыд он потерял именно сейчас – на «Цитадели», и слава Богу, что потерял. Он сбросил стыд, как вериги, предстал перед нами законченным и совершенным арт-проектом, где Михалков-художник неотделим от Михалкова-человека, режиссер – от персонажа, Котов – от председателя Союза кинематографистов, а творец от творения – величественного и невыносимо прекрасного, пишет газета «Взгляд».

Михалков больше не скромничает, не дозирует свое присутствие в кадре, а правит в нем безраздельно. Фильм — бенефис режиссера. Тряхнув стариной, в белом плаще и парусиновой фуражке, на белом коне объезжает он, так и хочется сказать, свои владения. Пьет, поет, танцует, целует бесхозную молодуху и дарит безногому жениху генеральские "котлы" на свадьбе. Пускает наконец-то в ход железный коготь, расправляясь с бандитами.

Интонации у него при этом знакомые, надежные, испытанные, и неважно, про что рассказывает – как в гражданскую пристрелил священника или как лично наблюдал на Красной площади Диброва, насилующего афганскую козу. Паратов, Пожарский, Брылов, сэр Генри, Александр III, городничий, Устюжанин, Бесогон – един во множестве лиц и один на один – с народом. Для солдат – батя, для вдовицы – альфа-самец, для хулиганов – карающий меч правосудия. Все уважают и все робеют пред ним, а сам он – лишь перед Сталиным, но и тут отдельно подчеркнуто, что Котов Сталину – друг (а Михалков, соответственно, друг Путину).

«Сам, всё сам» – таков крест. Его крест. Его люди. Его миссия. Его гешефт. Его война. Его кино. Его Высокопревосходительство.

Вопреки общественным предубеждениям, Никита Михалков отреагировал и на критику «Предстояния». В частности, на критику актерской дикции Нади: контуженная, она теперь может только мычать. Вместо хронологического винегрета «Предстояния» — линейное повествование с редкими флешбэками. Правда, при таком монтаже получается, что осенью 1943 года Красная армия еще отступала, но на несообразности сердиться уже не хочется.

Ни на то, что немую и поминутно хватающуюся за револьвер Надю оставили на фронте. Ни на то, что в 1937 году из Котова выбивали показания на жену: обычно у жен выбивали показания на мужей. Ни на то, что Сталин (Максим Суханов) откровенно бредит, приказывая Котову угробить у стен цитадели 15 тыс. безоружных граждан, оказавшихся в оккупации, чтобы фотографии их трупов предъявить союзникам в доказательство нацистских зверств: что, реальных свидетельств этих зверств не хватало?

Идея оживить героев, над гибелью которых плакали зрители первых «Утомленных солнцем», была странновата. Но теперь исчезли претензии и к ней. Когда во главе 15 тыс. штафирок, вооруженных черенками от лопат, Котов — а за ним и все командование — идет по воде аки посуху, да под блатную гармошку на штурм цитадели, а она эффектно взрывается на их глазах, понимаешь: никакого противоречия между частями трилогии нет. Героев действительно убили в 1937 году, а все последующее — их предсмертный бред, пишет газета «Коммерсант».

А в заключении, маленький штрих. Как к новому фильму относятся сами ветераны.

Во Владивостоке в местном радиоэфире председатель краевого совета ветеранов войны, труда и вооруженных сил Дмитрий Григорович заявил, что он и его товарищи не желают смотреть это кино: еще не остыло возмущение после прошлогоднего просмотра первой части эпопеи. Сравнивая михалковскую работу с советской лентой «Освобождение», Григорович заметил, что если последняя доносила до зрителя правду о войне, то «Утомленные…» ее искажают и оскорбляют память о пережитом.

Ветерану и невдомек, что Никита Сергеевич снял не фильм о войне, а гениальный водевиль о гениальном самом себе. Арт-проект Малевич завещал хоронить себя в супрематическом гробу, арт-проект Дали – в полу над женским туалетом, а арт-проект Михалков вообще не должен быть похоронен, так как он у нас один такой. Он должен воскресать и воскресать вновь. Быть с нами и вести нас.

Ни шагу назад! Мы ждем «Утомленные солнцем – 3», где Котов взойдет по веревочной лестнице в небеса и заявит своим критикам: «Господа, вы слишком серьезны». Мы ждем «Утомленные солнцем: Начало», где Котов вылезет из колыбели где-нибудь под Вифлеемом.

И только далекие от искусства люди придерутся к тому, что младенец будет усат.



"Байкал24"

по материалам СМИ

РТК

пн вт ср чт пт сб вс